«Условия мира»: Как Сталин предлагал отдать Гитлеру Украину и Прибалтику

В разных изданиях нередко упоминается, что в начальный, самый тяжёлый период Великой Отечественной войны Сталин, не веря в окончательную победу Советского Союза, пытался спасти положение заключением мира с нацистской Германией ценою значительных территориальных уступок. Он ссылался при этом на пример Ленина, спасшего, по официальной советской версии, революцию тем, что в 1918 году согласился на «похабный» Брестский мир с кайзеровской Германией.

Впервые советские читатели могли узнать об этом ещё в 1970-е из распространявшихся путём самиздата воспоминаний Н.С. Хрущёва, изданных его сыном Сергеем Хрущёвым на Западе. В конце 1980-х – 1990-е годы в открытой печати появился ещё ряд свидетельств и рассекреченных документов, которые подтверждают версию о дубле Брестского мира.

Одним из обвинений, предъявленных в декабре 1953 года бывшему министру госбезопасности Л.П. Берия, была его попытка установить в июле 1941 года через посла Болгарии в Москве И. Стаменова контакт с Германией на предмет заключения мира. Берия якобы предлагал уступить Германии Прибалтику, Западную Белоруссию, Западную Украину, а Румынии – Молдавию, и такой ценой купить мир.

Не называя конкретно территории, версию о попытке Бреста-2.0 подтвердил в своих воспоминаниях бывший шеф спецопераций советской внешней разведки П.А. Судоплатов, также осуждённый в рамках «дела Берии». По его словам, он, по поручению Берия, лично встретился со Стаменовым в приватной обстановке и намекнул ему на то, что советское руководство охотно склонилось бы на приемлемый мир с Германией. По замыслу, Стаменов должен был довести эту информацию до болгарского царя Бориса, а тот – до сведения Гитлера. Причём Судоплатов считал эту акцию намеренной дезинформацией, которая могла побудить Гитлера приостановить военные действия, что позволило бы советскому руководству выиграть время для укрепления обороны.

Версия Судоплатова, которой он явно стремился обелить себя, представляется наивной. Как можно было надеяться на то, что Гитлер прервёт столь успешно для вермахта начатые военные действия и удовлетворится незначительными территориальными уступками? Далее, инициатива в делах такого рода могла исходить только от И.В. Сталина и наверняка должна была быть поддержана наркомом иностранных дел В.М. Молотовым. Кстати, именно об этом, в связи с данными контактами, упоминал маршал К.С. Москаленко.

Таким образом, есть большие основания полагать, что в июле 1941 года имела место попытка зондажа советской стороною почвы на предмет заключения перемирия с Германией ценой уступок территории, и что эта попытка была предпринята по прямому указанию Сталина. Неизвестно, дошло ли советское предложение до Гитлера. Если и дошло, оно никак не повлияло на планы немецкого фюрера уничтожить Советский Союз в рамках одной скоротечной кампании.

Н.С. Хрущёв относил указанный зондаж к октябрю 1941 года, упоминая, что Сталин будто бы готов был отдать немцам все оккупированные ими в то время территории. Не исключено, учитывая неоднократное катастрофическое положение советских вооружённых сил, что в 1941 году могли иметь место две такие попытки со стороны Сталина.

                                                                                                                                                                                                                                                                     

Зато совсем невероятной выглядит версия о том, что по поручению Сталина тогдашний первый заместитель наркома внутренних дел В.Н. Меркулов в феврале 1942 года ездил через линию фронта под Мценском для тайной встречи с генералом СС Вольфом, начальником личного штаба главы СС Гиммлера. Эта версия основывается на нескольких якобы документах, опубликованных писателем Владимиром Карповым в книге «Генералиссимус». Большинство историков считает эти «документы» фальсификацией.

Так, в них говорится, будто Сталин предлагал Гитлеру «обвинить в разжигании войны мировое еврейство» и начать совместные с Германией военные действия против Англии и США. Смешно выглядит сообщение в «рапорте Меркулова», что «германское правительство в знак таких перемен будет готово поменять цвет свастики на государственном знамени с чёрного на красный».

Наконец, основой для установления контактов послужил тайный договор о сотрудничестве, якобы заключённый ещё 11 ноября 1938 года (за девять месяцев до пакта о ненападении!) между НКВД СССР и Гестапо. Причём в этом «договоре» также идёт речь о совместной борьбе с «еврейством» (это при том, что евреи составляли значительную часть кадров НКВД, не говоря уже о других высших советских органах!).

Эта попытка, если бы она действительно имела место, уже не выглядит как дубль Брестского мира. Советский Союз предлагал Германии отвести войска с части занятых территорий (но насколько далеко, из публикации неясно), на что Германия не соглашалась. В случае несогласия на советские условия Сталин возлагал на Германию всю ответственность за продолжение войны и грозил полным уничтожением германского государства. Тут, после победы под Москвой, советский вождь выглядит уже диктующим свои условия нацистам.

Однако, помимо отмеченных несуразностей в «документах», мотив Сталина предлагать Гитлеру мир в тот момент, когда РККА, казалось бы, переломила ход войны в свою пользу, остаётся необъяснимым. Зачем брать обязательство, в обмен на мир, объявить войну своим нынешним союзникам – США и Англии? Ведь во многом благодаря их помощи СССР смог обороняться в 1942 году и переломить войну в 1943-м.

Поставки по ленд-лизу только разворачивались. Заключить в этот момент перемирие с Германией значило лишиться этой поддержки в тот момент, когда Советский Союз лишился большей части вооружения, а эвакуированные на восток страны заводы ещё не заработали в полную мощь.

Есть основания полагать, что в 1941 году Сталин пытался (возможно, неоднократно) склонить Гитлера через посредников к заключению мира ценою территориальных уступок со стороны СССР. Однако в 1942 году подобных попыток уже не предпринималось, так как стала ясной способность СССР выстоять, а выгоды союзных отношений с западными державами явно превышали выгоды от возобновления союза с Германией.

Понятно также, почему все такие попытки советского руководства в 1941 году были обречены на провал. Высшее нацистское руководство вплоть до начала декабря 1941 года было уверено, что окончательный разгром СССР – дело ближайших недель. В результате победы Гитлер и его подручные рассчитывали получить от СССР всё, а не просто часть территории, а главное – они планировали полностью уничтожить советскую (равно и российскую) государственность. Любые мирные переговоры с СССР исходно исключались сценариями нацистских планов.

Это отношение резко изменилось к осени 1943 года, когда, по свидетельству германского министра иностранных дел Риббентропа, уже сам Гитлер начал зондировать почву для мира на Востоке. Но к тому времени для советского руководства стало очевидным, что полный разгром нацистской Германии предрешён.

                                                                                                                                                                                                                                                                     

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

«Условия мира»: Как Сталин предлагал отдать Гитлеру Украину и Прибалтику